`
+7-495-142-45-01, +7-977-910-01-45 m5010145@yandex.ru
Жизнь поселка Безопасность Благоустройство Спорт Мы помним Персона Мнение Рецепты В Люберецком районе Новости Подмосковья
Малаховский вестник / Учиться никогда не поздно Малаховка




Учиться никогда не поздно

Дата публикации: Суббота, 23 Декабря 2017
Рубрика: Персона

Как много в нашей жизни зависит от случая! С этим и спорить не стоит, лишь принимать как данность. Но как говаривал Великий мастер Уг Вэй: «Случайности – не случайны», и мы готовы повторять за ним, даже не задумываясь. Куда понятней латинская мудрость: «Желающего судьба ведёт, нежелающего – тащит» (nolentem – trahunt). И, оборачиваясь назад, говорим частенько: а ведь всего этого могло и не быть…

И школьного музея в его современном виде – с семиметровой панорамой жаркого боя на подступах к Москве – точно не было бы. Наверно, был бы какой-то музей, но другой. Не этот, получивший недавно медаль от мэра Москвы Сергея Собянина.

Кто автор батальных холстов, составляющих панораму, неизвестно. Свёрнутые в рулоны, они были свалены в подвале дома по соседству со школой и, уже обросшие слоем грязи и плесени, приговорены были к выбросу на свалку как ненужный хлам. Но находка ребят оказалась очень кстати. Перенесли в школу, отмыли, отчистили, отреставрировали.

Чтобы разбудить в детях интерес к истории войны, нужно, чтоб он был у учителя. Учитель ИЗО и создатель школьного музея Варвара Давиденко, как никто, пристрастна этой теме. И не мудрено. Она связана с ней, что называется, кровными узами (и музей – та самая «не случайная случайность»). Ещё со времён, когда гостила у деда, маршала авиации, в Доме на набережной. Помню нашу давнюю публикацию ко Дню Победы и размещённую в ней фотографию генералитета победы, где в первом ряду – маршал Н.С.Скрипко. И Варвара Васильевна кстати вспоминает, что на книжных полках у деда были, в частности, стихи поэтов под запретом: Гумилёва, Пастернака, Мандельштама – маршалам было положено иметь...

Следуя по извивам прихотливой памяти (из рассказов бабушки и мамы), оказываемся то в самом начале века, когда выпускнице пансиона благородных девиц родители запрещали выходить замуж за «простого парня», и влюблённые бежали – в революцию; и как он нёс её, больную, на руках через всю Варшаву… А то в госпитале времён Великой Отечественной, когда красавица мама, сама хирург, прикованная к постели, отдаст за укол спасительного лекарства фамильный перстень и после так и не сможет его выкупить, ни за какие деньги. Немало же потерь и утрат в этой семье, как и у многих и многих во время войны, помимо семейных драгоценностей и вообще материальных благ. Не о том же речь, и не о том ли её стихи (для вящей полноты портрета)? Кому-то на шею бросается век-волкодав, а тут на смену маленьким радостям, казалось, вечным – пришли большие печали и разочарования. Тут много чувства и много мужества. Да минует меня, и всех нас, чаша сия.

Я училась у обид, а уж их и так немало.

Ноготочки все о быт ободрала, обломала.

Я училась у друзей, предающих почему-то,

Всей душою, жизнью всей поворачиваться круто.

Я училась у тебя, перенявши хваткой мёртвой,

Как, воистину любя – по любви из пулемёта…

И по-прежнему мечусь, и нелепо время мчится,

И по-прежнему учусь – не умея научиться.

И, как в дебрях по траве, с этой храбростью незрячей,

Жизнь, я вновь иду к тебе, научи меня иначе…

И что ж сама Варя? Бойкая и общительная, она вечно была секретарём комсомольской организации и общественной активисткой. А ещё мечтала о сцене – и даже поступила во ВГИК, правда, ушла со второго курса. История чем-то схожая с нашим учителем Вадимом Эренбургом (о котором Варвара Васильевна, кстати, давно собирает фотолетопись). И когда она работала в школе в Германии, где служил её муж-офицер, она даже ставила со своими учениками «Ревизора». Дела давно минувших лет…

По возвращении же из Германии Варваре Васильевне очень хотелось работать именно в 47-й школе, где учились её сын и дочь, потом и внучки (сама-то она заканчивала 55-ю красковскую). Но пока вакансии тут не было, пришлось поработать несколько лет в 46-й, у Наталии Пичкур, где Варвара обихаживала интерьер школы – такое уж её извечное хобби. Но 47-ю на МЭЗе навещала регулярно, пока не грянула пора войти в штат её. И тут она, учитель рисования, развернулась вовсю: разрисованные портретом Чехова стены коридора на втором этаже (в новоязе – рекреации) – лучшее подтверждение тому.

Тут, конечно же, и музей, которым по праву можно гордиться (ведь в экспозиции тот же полётный планшет и портупея маршала и много чего из личного архива), и куда – так случилось – не хочет впускать новая и.о. директора школы. Sic transit Gloria mundi. (Так проходит слава мира).

Пьём кофе с фирменным давиденковским черносмородиновым пирогом, где над диваном висит замечательный натюрморт одного из учеников Варвары Васильевны. А кот Персик (ну, настоящий член семьи!) так и норовит устроить собственную фотосессию…

– Горжусь своими тремя внучками, своей правнучкой Миленой, настоящей нашей звёздочкой, – говорит Варвара Васильевна о правнучке, с четырёх лет отданной в гимнастику и уже завоевавшей кучу наград. После гибели сына всё внимание, понятно, к внукам и правнукам. Видно, нереализованное когда-то бабушкой на сцене мнится воплотиться ныне в правнучке на паркете.

Хотя все мы – всё же мы сами, а никакие не воплощения в потомках, как бы нам того ни хотелось, и предстанем пред высшим судом и будем держать ответ по полной: кто мы, и что мы. И с этим нам доживать. А любить внуков – святое дело.

В.Антонов